(ex  ) -
Наша страница ВКонтакте Наша видео портал Наша страница в Twitter
Выбрать внешний вид сайта



найти

Жители

Случайное фото

С днем рождения поздравляем:
Алексадр
Андрей75
анчоус
Арв
Ашраф
биккулова
Владимир1984
Дёночка79
Дёночка
дашша
ирина77
Кириллиус
КМ
ксена
КузНадя
Лазаревка
Луня
миласик
нина80
Нюргуяна
Пашок36
Таша77
УСЕНКоДЕНИС
хабибулло
Шурик2008
Энди
Юранин
abcde
adnakiel
ALka
AmenitY
Andre1zor
Andrey_ZOZOA
apavel65
aydossj1
CJ_Neo
cvbnm
Dav
deadman9
DEH
deusexco
Diana20
dimansl2007
dlyusin
evgenijj
german23
goula
ila0992
ivarOK
Jakob
Jura_JS
justynaa
kuiur
lapushkinss
leonya
Lineage2
lord031
max2051
mechtec
mogutova_l
nactai
natassopr
nevskyAngel
nick_melnik
RaisaEk
ribka
Sasha777
ser1977
SeRgE
sergiu86
shkola
SlesarevaMariya
SpiderJK
Sveta123
svetulina
tosik720
vadyrik
vovabc07
winston
ZMEINOSEC

Онлайн на сайте: ...

Информация, статьи

Андрей Разин - Человек тусовки
глава 6

Вика Ермолина

Он измучил меня вконец, Кому-то сказать страшно - запись одной песни целых три дня. На улице жара, в коридорах студии кого только ни встретишь - известных, малоизвестных и, конечно же, всякую шушеру. Идет гастрольный, чесовой сезон по стадионам, и у каждого есть шанс неплохо прокатиться. Тусовки то делятся на части, то обновляются, все куда-то мчатся, стараясь не упустить ни одного дня, все знают, что кончится лето и заработать столько, сколько сейчас, не представится возможным. Я тоже выскакивала несколько раз на гастроли, но с очень средними командами, на которые народ и на пляже не особенно-то загонишь. Мишель смеялся и говорил, что он не понимает меня, зачем мне все это надо, я ведь могу жить и так спокойно, не гоняясь за нашими советскими рублями, которые годятся разве что на замену обоев. Он не понимает, что я живу не только сегодняшним днем, мне нужно думать о своем будущем, вот возьмет он и смотается в Бельгию к своей жене и деткам (при нем-то я не говорю об остальных), а я останусь ни с чем, и даже деревянные деньги станут для меня недостижимыми, если я сама о себе не позабочусь.
- Хорошо, хорошо, станешь известной, я сделаю для тебя гастроли по всей Западной Европе,- говорит Мишель,- мой друг - крупный продюсер, он тёбе поможет.
Вот это уже другой разговор, на это я и рассчитываю, поэтому я не отдыхаю где-нибудь в сочинской "Жемчужине", а парюсь в ожидании приличной тусовки или записываюсь.
- Послушай, я больше не могу. В час по одному слову. Я падаю в обморок,- говорю я композитору. У него вид невменяемого человека, он готов добить и меня, и себя до ручки. Еще бы! Вместо пяти штук за эту песню я принесла ему пятьсот зелененьких. Он чуть не рухнул, руки у него затряслись. Конечно, соотношение один к десяти по сегодняшним меркам просто фантастическое. На черном рынке минимум двадцать рублей за один доллар, а в скором времени, говорят, доползет до 30-40, и точно доползет, в чем-чем, а в этом никто из знающих людей не сомневается. Поэтому все и припрятывают свои баки, ждут лучших времен, а тут такой подарок - пятьсот вместо пяти тысяч.
- Ты у меня молодчина,- сказал композитор,- ты у меня так запоешь, что сама Алла Борисовна заплачет. Я для тебя приготовил одну штучку. Она взорвет страну.
Дрожащими руками он спрятал свой невиданный гонорар, и началось ... Я уже начала жалеть, что отдала ему эти деньги, обошелся бы нашими, отечественными, и я не была бы сейчас в полуобморочном состоянии, когда мне наплевать на будущий шлягер и на себя.
- Ладно, передохни, я и сам готов,- сказал он.
И действительно - его морда уменьшилась чуть ли не вдвое. Что делают деньги с людьми?!
Я вышла в бар, заказала себе несколько чашек кофе. И тут ко мне подскочила Инка Земскова, она здесь тусуется давно,; еще раньше, чем я, ее тоже взяли в штат студии, она уже гастролирует третий год, пробилась на два конкурса, но пролетела, силенок оказалось мало, глупая, разве можно лезть на конкурсы без массированной подготовки, вот я, например, не тороплюсь; я поеду, когда буду знать, что выиграю.
Я угостила ее сигареткой, спросила, как дела. Инка сказала, что "вернулась только что с гастролей, теперь она в группе "Океан", конечно, компашка почти не раскручена, но принимают очень хорошо, сборы отличные, они прилично подзаработали. На студии ими довольны и днями организуют гастроли по Прибалтике, а это, я сама должна понимать - дело хорошее.
- Но все это ерунда, -сказала она, попросив еще одну сигарету,- пока мы здесь потеем, некоторые очень круто себя ведут. ]
- Кто именно? ]
- Да есть тут. Из грязи прямо в князи .... Ты позавчера одну передачку вечером не смотрела? Я стала вспоминать, где я была позавчера. Ах да, мы провели вечер с Мишелем. Сперва поужинали в Архангельском, а потом приехали ко мне. Обычно я смотрю. все музыкальные передачи, но в этот раз было не до того. Мишель не видел меня несколько дней, он был неутомим ...
- Нет, родная, не смотрела...
- А жаль. Вытащили какую-то дворовую группку из прыщавых девчонок, смотреть не на что, устроили настоящий бум, дали им целых три песни, а через день читаю в газете. Кстати, сегодняшняя.
Она вытащила из сумки газетку и протянула ее мне.
- Оказывается, и переворот, и сенсация, и что хочешь! -комментировала Инка.- Тысячи телеграмм, звонков. И все на первой полосе рядом с визитом Буша.
Я бегло пробежала статью, посмотрела на фотографию девчонок - в самом деле, кости и прыщи. И вдруг меня словно током по всему телу сквозануло. Я глянула на подпись под статьей - Юрий Чикин. И тут я вспомнила их пьяный с Жекой бред насчет крупного бизнеса и насчет того, что меня они мо-гут пристроить в какую-то группку ведущей солисткой, целый вечер об этом только и трепались, пили, жрали на мои кровные, и вот результат, любуйся Вика и будь счастлива. Полная раскрутка тебе устроена.
У меня, видимо, так перекосило лицо, что Инка вздрогнула:
-Что с тобой?
- Маразм какой-то... Вот так они и делают звезд. А ты копи бабки, сама записывай песни и паши, как черная лошадь, всю жизнь.
Я швырнула ей пачку фирменных сигарет, а сама пошла звонить. Где эти козлы несчастные, мелкие жулики и трепачи?! Я нарвалась на Жеку. Голосок у него взволнованный, он очень торопится, много дел. '
- Подожди, подожди торопиться,- говорю я ему.- Иногда ты готов вою ночь на часы не смотреть.
Тут он приуспокоился, сказал, что слушает меня внимательно.
- Так вот, слушай,- очень спокойно сказала я.- Я тебе когда-то внятно сказала, что вы от меня никуда не денетесь, неужели не ясно?! Мы с тобой давно знакомы, еще по "Космосу", когда ты с девчонок деньжата сшибал, книжку свою красную внос тыкал... .
- Постой, постой, не надо по телефону,- пролепетал он.
-Давай спокойно. Если хочешь, я сейчас подъеду, где ты?
- Неважно. Когда будет статья?
- Вот так бы сразу, а то я не понял, в чем дело...
- Мне плевать на ваш с этим Чикой бизнес, но себя надувать не позволю.
- А кто тебя надувает, Вика?! Ровно через три дня статья будет в номере. Сегодня у нас что?
- Вторник.
- Значит, в пятницу покупай газетку. Я чуток успокоилась.
- А фото идет?
- Твой самый лучший снимок. Видишь, все очень хорошо. Чика и на телевидении договорился. Клип скоро выйдет.
-Когда? .
- Мы увидимся, я надеюсь, в день выхода статьи, и ты сама его обо всем спросишь. - - Черт с вами, это уже куда ни шло.
- До встречи, Вика, в пятницу жду звонка. Адью!
Я вернулась в бар. Инка сидела за столиком и покуривала.
- Я только сейчас заметила, что у тебя новый наряд. Офигеть можно, какой шикарный!
- Спасибо, сегодня только из посылки достали,- сказала я.
- Вообще ты преуспеваешь. Так одеваться в наше время, да и это,- она показала на мочки ушей.
Что и говорить, брилики Мишель подарил отменные. Это не наше исполнение.
- Трудно, Инночка, трудно. Во всем себе отказываешь, пашешь на этих концертах. А они не всегда такие, как нам нужны.
- А я-то, дура, думала, что любовник богатый. Я рассмеялась:
- А где взять такого? Сейчас такие, что сами не прочь поживиться. Как здесь, у нас. Поволокут спать, а потом бабки выкладывай - за студию, за запись ...
- Да, уж здесь-то полное фуфло,- подтвердила Инка.
И тут объявили: "Ермолина вызывается в студию!"
Я попрощалась с Инкой и подумала, что она мне все же не поверила, в нашей среде много болтают, да и Москва в принципе - большая деревня. Могли меня видеть с кем угодно, е тем же Мишелем. Или Жека... Он-то ясно представляет, откуда и за что ношу я ему виски, сигареты, закуску. Собственно, мне плевать, пускай полощут мое имя как хотят, на самих клейма негде ставить.
Я прибежала в студию, Влад на меня вызверился, сказал что у него сегодня еще ночная запись, наутро ему придется глотать таблетки и бежать к своему кардиологу. Он снова начал пытать меня, точно посадив под капающую воду. Капля кап -есть одна фраза, но она не такая, она совсем не подходит, я полная, конечно же, идиотка - не понимаю его музыку, а ведь . он старался и писал ее для меня, отбросив все остальное, даже очень ответственные заказы, все надо повторить, капля кап -снова не то, ну, осталось же совсем немного, капля кап -готово, можно начинать следующую фразу, но необходимо сделать все так, чтобы она сразу же зацепилась за первую, тогда уж будет полный порядок, я ведь умненькая, талантливая, из меня еще такое получится, если я буду послушненькой. И так бесконечно, и так почти до поздней ночи. Наконец-то все закончено, он снимает наушники, а я буквально падаю в кресло.
- Славно поработали,- говорит он и достает бутылку. Мы делаем по несколько глотков прямо из горла.
Фу, я начинаю отходить. Влад работает, конечно, как зверь, чтобы попасть именно к нему, надо преодолеть немало ступенек. Деньги еще не все (правда, такие, как мои,- вне конкурса), он должен быть уверен, .что его клиент по крайней мере не безнадежно бездарен. Мы отпиваем еще по несколько глотков.
- Что ж, можно и послушать,- говорит он и испытующе на меня смотрит,- я думаю, что ты будешь удивлена,
- Мне страшно,- говорю я.- Сама не знаю почему. Это в первый раз.
- А я тебе скажу, почему. У нас впервые появилось такое ...
- Ладно, давай,- соглашаюсь я.
Он включает запись. Уже с первой минуты у меня мурашки бегут по коже. Неужели это пою я, просто такого не может быть. Вот бы сейчас услыхали эти дуры в воронежском муз-училище, где на меня смотрели как на свихнутую! Я подбегаю к Владу и начинаю его целовать.
- А я говорил тебе - терпи девочка, терпи до самого последнего, если хочешь результата, работать нужно только так, а не иначе. Ты сейчас с этой песенкой пойдешь, все прочие окажутся далеко позади. Ты уничтожишь ихг молодых и старых, одной только песней. Но это начало, поверь мне ...
Мы дослушиваем песню, хлебаем из горла и говорим друг другу приятные слова. В самом деле, это на сегодняшний день шлягер. Влад доказал мне, а .теперь докажет другим, что он не совсем еще утонул в бутылке; когда он заводится, как зверь, у него получается настоящее. Я прощаю ему, что он брал у меня деньги за записанные песни, а потом тянул к себе в постель, заставлял напиваться вместе с собой и выслушивать длиннющие речи о собственной гениальности и никчемности всех остальных, кто уже начал разувериваться в нем, а он сегодня делает ставку на молодых, правильно делает, пройдет немного времени - и от стариков ничего не останется, их ждет сто рублей за концерт перед престарелыми тетками. Мы дослушали песню, еще немного выпили, я заметила, что у Влада изможденное, испещренное густой сеткой морщин лицо.
- Может, тебе на сегодня хватит работать,- сказала я,- поехали куда-нибудь посидим в приличное место, отметим наш первый большой успех.
Он на меня вызверился:
- Да ты что, сейчас придет Распутин! У нас с ним в запасе одна ночь. Не знаю, как я выдержу все... o
И тут в студии раздался звонок. Влад открыл дверь. На пороге стоял Распутин, он протянул Владу руку, сказал:
- Начинаем?
Меня словно не замечал.
- Познакомься, это Вика Ермолина. Мы только что замечательно поработали.
- Я вижу,- сказал Распутин и ткнул пальцем в почти опорожненную бутылку,- ты все-таки неисправим.
- Но это такая песня! - будто оправдываясь, сказал Влад.
- Я рад за нее,- он на меня так ни разу и не глянул. Ну и пижон!
- Послушай, Влад, я тебе дозванивался весь день. Мне срочно нужен человек в поездку. Кречет захандрил, у Масловского отец в больнице. Все летит... Сорок концертов, по три-четыре в день ... Двоих я нашел. Более-менее... Нужен еще кто-то. Сам я не вытяну два часа.
Влад на мгновение задумался,
- Однажды я тебя выручил одной девушкой.
- Только не она. Поет, 3 микрофон в километре держит, да и таких, извини, рядом со мной ставить...
- Согласен, согласен, но у тебя был пожар, и я просто помог его тушить.
И тут Влада будто осенило:
- А чего, собственно, мы гадаем? Бери Вику. У нее пять песен, а последняя просто отвальная.
- Кто написал?
-Личное.
Распутин впервые мне улыбнулся, сказал:
- Поздравляю. Он даже для меня не всегда пишет.
- Так ты берешь ее или нет? - спросил Влад и с сожалением глянул на бутылку. Теперь ему уже вряд ли придется от нее отпить.
- Конечно, беру. Для меня твоя рекомендация... Ты сам знаешь...
Я не верила в происходящее. Я буду петь с "Супером". Ломящиеся стадионы, толпы фанатов, и я на сцене.
- Может, прослушаете песню? - спросила я у Распутина. Он вскинул брови:
- А это зачем? Послезавтра в 22.00 у выхода на перрон на Белорусском вокзале. Только без опозданий и без фокусов. Я этого не люблю. И никаких вычурных нарядов. Майка, джинсы, что-то в этом роде. Условия - стольник за концерт. Договорились?
Я едва разжала челюсти:
- Договорились...
Влад смотрел на меня пьяными, радостными глазами. Он понимал, что для меня означает появиться в такой компании. А тут еще газета, да еще чуть ли не в день начала гастролей.
Я примчалась домой начала названивать всем знакомым. Кого заставала на месте, тут же нагружала информацией: газета, новая песня, гастроли с "Супером". Потом позвонила домой.
- Мама, ты не представляешь, какую песню я записала! Композитор сказал, что ему ничего подобного не удавалось ...
- Ты когда приедешь домой?
- Как и обещала. Сейчас непредвиденные гастроли, ты не представляешь, с кем... Самая популярная группа страны. И еще газета. Читайте статью в пятницу... ;
- Я поздравляю тебя,- сказала мама.
Потом раздался звонок от давнего клиента. Несчастный итальяшка, извини, ради бога, но сегодня мы никак не можем встретиться, этот вечер не для тебя, я не могу сегодня работать, я имею право немного порадоваться. Если честно, то первый раз за долгое "время. Я сказала ему, что послезавтра уезжаю = на гастроли, пускай он не обижается, у меня ночная запись на телевидении, я приеду и сразу ему позвоню, пускай только он не бросается на первых встречных. Потом я набрала номер Мишеля, он сказал, что никак не может пробиться ко мне. Телефон то молчит, то все время занят.
- Меня это беспокоит,- с напускной обидой в голосе сказал он.
- Чудак. Просто в эти дни я становлюсь очень известной. Но у меня не совсем приятная новость для тебя.
-Какая?
- Послезавтра я уезжаю на гастроли. С нашей известной группой. Ты еще говорил, что тебе нравятся их песня "Супер".
- Тогда мы должны увидеться сегодня,- сказал он.
- Посмотри на часы. Скоро двенадцать. Мне надо выспаться как следует. Завтра я тебя жду.
Все, хватит, надо немного успокоиться, лучше всего принять душ, выпить горячего молока. Ах, еще Жека... Я должна позвонить ёму обязательно. Набрала номер, Жека едва ворочал языком. Неужто снова пьяч? Нет, он очень устал и уже улегся. Бедняжка!
- Я сегодня записала такую песню!
- Я тебя поздравляю... - безразлично пробубнел Жека.
- Послезавтра я уезжаю на гастроли ...
Я чуть не ляпнула, с кем. Вспомнила вовремя, как Чика поливал на Распутина, да и некоторые его статьи, о которых потом долго шумели.
- С кем?
- С одной отпадной командой.
- Так мы же встречаемся с Чикой.
- Я уезжаю вечером.
- Очень хорошо, я утром тебе позвоню и мы условимся.
- Спокойной ночи, Жека.
- И тебе советую поспать сегодня,- сказал он с фальшивой ноткой в голосе.
Козел несчастный. Не может не уколоть. Ладно, мы еще с тобой поговорим. Впрочем, я подумала о нем без злобы, как-то машинально. Ясно, что мелкий щипала, но свое дело делает, и на этом спасибо, а улучшится момент - будет послан очень далеко!
Я приняла душ, выпила горячего молока с шоколадом и будто провалилась в бездну. Назавтра я была как заведенная. Сделала массаж и прическу, после обеда побывала у Влада, который торжественно вручил мне, как он сам выразился, "высококачественную фанеру", все пять песен, почти целое отделение концерта. Еще он; взглянув на меня внимательно, сказал:
- Держи себя независимо,. но и не наглей. Леха этого не любит, ну и, конечно, выполняй всякую команду, что касается концерта. Никаких возражений. Тут он полный хозяин.
Видно, до Влада дошло, что, гастролируя с несколькими группами, я посылала их руководителей очень далеко, ничего из себя не представляют, самоделки самоделками, а туда же -дают советы, учат, как держать себя на сцене, как обращаться к зрителю. Тут - Влад прав - совсем другой вариант. Я поблагодарила его за советы и спросила:
- Как он вчера записался?
- Распутин? Представь себе, отлично, становится настоящим профессионалом. Да и нервишки подокрепли...
Представь себе, я и ему написал его лучшую на сегодняшний день песню. Сама услышишь.
Я собралась уходить, посоветовала Владу, чтобы он ехал отдыхать, вид у него ужасный, бабки бабками, но нельзя так много работать, еще никому они не понадобились на том свете. Ну и, конечно, я не выдержала, сказала Владу, чтобы завтра он купил молодежку.
- Я ее выписываю,- сказал Влад,- и даже, представь, иногда читаю.
- Читай особенно внимательно,- сказала я,- там ты прочтешь обо мне.
- Я не сомневался, что ты пробьешься, вспомни, с самого начала,.. А о себе я найду парочку слов?
- Читай и готовь новую песню,- сказала я.
Дома я принялась готовить свой гардероб. Майка и джинсы, как сказал Распутин? Ладно, майка от Диора. А джинсы? Пожалуй, вот эти подойдут. В "совке"Такого фасона еще не видели. Туфли? Последний подарок Мишеля. Еще несколько платьев, костюмов, так сказать, не для сцены, пускай мальчики-сироты офигеют. Мой вариант - далеко не бурда-моден с ее фасончиками для домохозяек, у меня все классом повыше, такое могут себе позволить .верхние дамочки и там, где, ,казалось бы, все доступно. Из украшений ничего дорогого, никаких бриликов. Гостиницы, переезды. А мне все это не очень легко достается. К вечеру я была уже в разобранном состоянии, как следует выспалась и позвонила Мишелю, он сказал, чтобы я через полчаса была готова, поедем куда-нибудь поужинаем, а потом вернемся ко мне. Что ж, программа обычная, я к ней настолько привыкла, что она начала мне приедаться.
Когда я села в "Вольво" и чмокнула Мишеля в щеку, он вдруг начал говорить о том, что в последнее время его отношения с женой совсем расстроились, он понимает, что она за время его частых отъездов, длительного отсутствия не может быть одна, она очень видная и страстная женщина, все закономерно, но, вероятно, ее отношения с кем-то из любовников - он, во вся-ком случае, так полагает - зашли слишком далеко, она не может, или просто не хочет из них выбираться. Поэтому - он в этом почти уверен - она холодным тоном разговаривает. с ним; перестала спрашивать, почему он редко звонит.
Я пока еще не понимала, куда он клонит и не задавала никаких вопросов. Честно говоря, его личная жизнь меня никогда не интересовала, а в этот момент мне было целиком безразлично, какие там отношения складываются у него с женой. Голова была забита другим - хотя бы не слетела завтра статья " из номера, хотя бы ничего не случилось. Я суну газетку этому пижону (не скрою, у него для этого много оснований) Распутину, пускай поймет, что подобрал не случайную, бесфамильную певичку, которых немало толчется в студии в ожидании мелких заработков. Кстати, сорок концертов - это четыре тысячи, не-плохо за десять дней, мне надоело лазить в свой небольшой тайничок с валютой, мне не хочется, чтобы он пустел, иначе какой же смысл во всем, а с Распутиным можно прилично заработать и наших, деревянных, так сказать, на быстротекущее существование. Но Мишель не давал мне отвлечься от проблем - своих "взаимоотношений с женой, он и в ресторане (мы заехали в "Берлин") продолжал размышлять вслух на эту тему, чем, признаться, начинал раздражать меня. Но вдруг его разговор приобрел совсем неожиданный для меня оттенок.
- Представь, что моя брюссельская красотка пошлет меня ко всем чертям, и я вдруг заговорю с тобой на одну очень тонкую, дёликатную тему дальнейшего продолжения наших отношений.
- Я с удовольствием продолжу ее,- сказала я и отбросила все другие мысли прочь.
Жаль, он был за рулем и ничего не пил, а сейчас тот самый момент, когда его языку неплохо бы побольше развязаться.
- Ты знаешь, мне здесь надоело, есть не хочется, пить в одиночку тоже. Поехали ко мне.
Он расплатился, и мы оказались в машине. Я делала вид, что меня совершенно не задели его слова, я говорила ему, что сейчас у меня он и послушает новую песню, ту самую, о которой я рассказала ему по телефону. Мишель улыбнулся мне одними глазами, он казался мне расстроенным из-за того, что я не поддержала очень важную для него тему, но ничего, мой милый, так будет лучше, я не хочу казаться назойливой, потом ты все как следует проанализируешь, и я покажусь тебе мелкой особой, с которой ни в коем случае нельзя планировать ничего серьезного. Не будем спешить, послушаем, что ты запоешь дальше, когда я выставлю на стол твой любимый армянский коньяк.
Оказавшись у меня, он сразу же сказал, что очень давно не был здесь, хотя и прошло всего несколько дней, но ему кажется, что миновала целая вечность. Он помогал мне накрывать на стол, был задумчив и по-прежнему слегка мрачен.
Я включила запись, он пил коньяк и внимательно слушал.
- У тебя в самом деле все будет хорошо,- сказал он.- Это очень хорошая песня, я кое-что начал понимать в вашей эстраде. Мне нравится, но я хочу, чтобы и у нас с тобой все тоже было хорошо.
Я подлила ему коньяку, но он отодвинул рюмку.
- Я понимаю, как у нас все начиналось, вполне отдаю себе отчет, я нисколько не могу тебя осуждать. Жить здесь... Бог мой, любой бы самый благочестивый пошел бы на все, чтобы немного вырваться из всего вашего ужаса. Да поставь мою жену в такие условия, она первой бы оказалась на панели, -он приблизился ко мне:- Извини, я что-то не о том. Если у меня дома все нарушится, а я уверен в этом, все почти уже произошло, я буду иметь серьезный разговор с тобой о нашем будущем...
Комната вдруг закачалась, как палуба прогулочного кораблика, когда мы плавали с ним у "Жемчужины" по Черному морю, с гор вырвались темные потоки облаков, море вспенилось, как бешеное, люди побледнели, а мне. было ужасно весело. Нет, многовато сразу для нескольких дней. Так можно с ума сойти..
Утром, еще не было семи, я подхватилась и бросилась -к газетному киоску, возле него стояла толпа, и каждый брал эту газету, или мне так казалось. В голове была полная сумятица от вчерашних разговоров с Мишелем, он никогда на эту тему даже не заводил разговоров, я от него такого и ждать не могла -и на тебе, вдруг... Я не знала, как к этому относиться, давно уже приучала себя не верить в воздушные замки. Получится так получится, можно будет курсировать между Москвой и Брюсселем, таких в Москве уже немало, они живут как бы в двух странах, успевают сыграть здесь спектакли и отужинать в Париже. А пока для меня слишком много самых разных новостей, но вот эта из них (я наконец набрала целый ворох газет) самая приятная. Подвал на четвертой полосе, мое большое фото и заголовок так и бросился в глаза: "Дебют Виктории Ермолиной". Он понаписывал такого, от чего у нормального человека который вздумает пойти по моим стопам и стать певицей или певцом, голова пойдет кругом: девочка очень хотела петь, но никто не мог поверить, что у нее это получится, она все бросила, уехала в Москву и стала усиленно работать над собой, хотя для этого не было никаких условий - после работы воспитателем в рабочем общежитии ночами просиживала за фортепиано, писала песни, а потом тут жё проверяла их воздействие, исполняла перед пришедшими с работы парнями и девушками... Я глянула на подпись - С. Соколов. Ясно, псевдоним Чики. -Дальше сказка продолжалась - девушка, то есть я, продолжала трудиться, написала много песен и начала атаковать ими различные инстанции. Ее, как и водится, и слушать не хотели, но она была так настойчива... И вот уже прозвучали первые песни по радио, она стала выступать на различных концертах в Москве, ее приглашают с собой разные группы.
Особенно удачен ее контакт с известным композитором Владиславом Трояновским.... И еще много всего, и то, что на конкурсы я не спешу, вырабатываю свой стиль и почерк, и куски интервью со мной, и слова Трояновского, что ему встретилась певица, представляющая одновременно лед и пламень на сцене. Это очень редкое, почти небывалое сочетание.
Я прочла куски интервью Мишелю, он сказал, что сегодня должен был бы состояться настоящий праздник, очень жаль, что я уезжаю, а у него почти целый день продлится совещание в Госплане, но ничего, я скоро вернусь, у него будет для меня много новостей, самых разных и ни одной среди них неприятной. Вот тогда он соберет друзей со своей фирмы и мы отметим публикацию как следует. Я напоила его кофе, и Мишель умчался. Целый день я провела в легкой суете перед поездкой и прибыла на Белорусский вокзал за полчаса до назначенного времени. Чтобы не торчать на перроне, я прошлась по зданию вокзала, увидела нескольких девушек, явно высматривающих клиентов. По виду - только вчера приехали из подмосковных деревень, размалеваны так, будто вылили на себя ведра краски. Толкутся у буфета, попивают кофе, обмазывая губами стаканы. Несчастные, какой путь вам предстоит пройти?
Я развернула газету и еще раз пробежала статью. Все в порядке, все хорошо, но статья все же идиотская. Этот Чика все-таки мелкая тварь...
И тут я вспомнила, что не позвонила Жеке. Ему не нужны слова благодарности, я должна заплатить по таксе, она не велика и не очень по нашим временам мала. Они могут подумать, что я исчезла, забыв о главном.
Я бросилась к автоматам у входа в вокзал, набрала номер Жеки. С ходу сказала ему, что очень благодарна Чикину, он сделал все лучше, чем даже я могла подумать, все мои знакомые в полном восторге, но утром я никак не могла позвонить, пускай Жека не обижается, а сейчас я на вокзале, уезжаю на гастроли.
Жека рассвирепел, заорал на меня:
- Так не поступают, ты подвела нас, сама не подозреваешь, как. Мы влетели в один проект и сейчас на полном нуле, сидим и щелкаем зубами от ненависти к тебе...
Это прозвучало очень серьезно.
- Жека, пойми, я не могла позвонить... Мне сделали предложение, скоро, очень скоро я уеду отсюда навсегда. Такой стресс, ты не представляешь... Он очень богат, слишком богат для нашего восприятия, я вся вне себя.
Голос у Жеки стал мягче, он спросил:
- Это случилось сегодня?
- Что случилось?
- Ну, это предложение...
-Да.
- Вот видишь. Такое печатное слово о тебе. А ты... Ситуация в самом деле неприятная. Я лепила и дальше какую-то чушь, а потом вдруг нашла выход:
- Послушай, Жека. Завтра тебе позвонит моя приятельница. Она скажет, что я передала тебе долг. Ты подъедешь и заберешь деньги.
- Так это же полный порядок,- заорал Жека. По голосу только теперь я почувствовала, что они не очень-то на нуле, во всяком случае, Жека уже прилично принял.- Когда она позвонит?
- С самого утра.
- Вот и хорошо. Сегодня мы как-нибудь продержимся. Только пускай не подведет... А ты, когда смотаешься навсегда, не забывай нас с Юраней, мы, кстати, неплохие ребята, сможем тебе и там пригодиться.
- Ты напомни Юране (меня едва не стошнило от этого слова) о телевидении. Теперь, после статьи - самое время ...
- Завтра после встречи с твоей подругой мы все решим. И по телевидению, и по многому другому. До скорой встречи!
Я позвонила своей массажистке. У нее были мои деньги на золото. Ей обещали достать кое-что оригинальное. Я сказала, что все откладывается до моего приезда. Назвала телефон Жеки и попросила завтра позвонить ему и вручить энную сумму, когда он приедет. Сделать это необходимо во чтобы то ни стало. Она пообещала все исполнить, а я ей завтра позвоню в течение дня.
Я глянула на часы. До назначенного времени две минуты. Издалека я увидела молодых людей со спортивными сумками, музыкальными "расческами", еще какими-то ящиками. Я быстро подошла к ним и стала рядом. Какой-то молодой человек с азиатской внешностью в очках с золотой оправой (я видела точь-в-точь у одного человека) метался среди них и спрашивал:
- А где Мелентьев? Как всегда... Кто ему звонил, я спрашиваю, кто, у него все документы, гастрольное удостоверение... Выехал, куда выехал, на ком, в конце концов... Распутин меня убьет, прямо здесь, на вокзале, понадейся на идиотов, и сам окажешься в их компании.
Я стояла в сторонке и не произносила ни слова. Как говорится, из огня да в полымя.
- А где Распутин? - спросил главный крикун группы.
- Еще не было,- ответил молоденький мальчик, которого я сразу узнала по множеству фотографий в газетах.- Но он тоже выехал, я звонил ему домой.
- Слава богу, может, Мелентьев приедет раньше. Это мое спасение.
И тут он подошел ко мне. Спросил:
- Простите, девушка, а вы кто?
Я - это я,- мне захотелось плюнуть ему в толстую морду. Может, развернуться и уехать домой? Сегодня мне все позволено. Плевать я хотела на этих пацанов.
- Что значит: "Я - это я", а я - это я..., - начал он, но тут подкатила машина, которую в Москве знали многие - красный "Ниссан Патруль" Распутина. Это спасло меня от допроса, а незнакомца от оскорбления.
Распутин подошел к желтолицему и спросил:
- Все в порядке?
- Почти.
- Почему - почти?
- Поезд еще не ушел. Поэтому я еще не чувствую себя оставшимся в живых.
- Может, хватит тупых розыгрышей? В чем дело? Его, как я поняла, администратор или еще не знаю там кто, сказал:
- Нет Мелентьева. У него все.
Он зря это произнес. Распутин тут же бросился к нему и чуть не ударил. Но подошла машина и из нее почти выпал измочаленный господин лет этак двадцати.
- Смотрите, вот он! - закричал человек, знакомый мне по фотографиям. - Если ты еще хоть один раз опоздаешь, будешь жить улице! - прокричал Распутин. Его рука выпустила из удушающих;, объятий человека с раскосыми глазами. И тут же произнес:-; Быстро к вагонам.
Я начала понимать, что пройдет несколько мгновений, o и я останусь одна у входа на перрон. Я подбежала к Распутину.
- Добрый вечер, а вот и я,- сказала я ему.
- А, это вы? - он испытующе на меня посмотрел, как будто только увидел.
- Мы, кажется, сегодня должны уезжать? - спросила я поняла по его взгляду, что видит он меня впервые.
- С вами? - его глаза так смотрели на меня, что мне сделалось не по себе.
- Ничего не понимаю,- сказала я и собралась дать обратный ход. На кой фиг ты мне сдался, мальчик, я сейчас пойду к себе домой, отдохну. как следует, мне трижды наплевать на сумасбродную тусовку, и на тебя самого тоже. Я взяла свою сумку и собралась уже было уйти, как он вдруг закричал: - Автандил, прошу проводить даму в купе.
В его глазах заскакали черти, мне захотелось перекреститься, не зря я наслушалась о нем всякого.
- И размести с нормальными людьми.
Я пришла в себя в купе. Стояла удушающая жара. Настроение - паршивейшее. Хоть ты возьми и выйди из поезда.
И тут в купе вошел молодой долговязый человек с длинными, спадающими на лоб волосами, знакомый мне по всем фотографиям и плакатам "Супера". Чего-чего, а этого у них масса. Он протянул мне руку и коротко, но неожиданно представился:
- Михал Михалыч...
Я тоже назвалась и подумала: господи, на, вид-то не больше щестнадцати-семнадцати лет, и вдруг Михал Михалыч. За ним ввалились высокая длинноногая дамочка и пухлый парень, напоминающий Атоса из "Трех мушкетеров - вьющиеся волосы! до самых плеч, широкое улыбающееся лицо, чуть вздернутый широкий нос.
- Знакомься, Вика, это наш Валерий с буквой "ф" посередине, он лучший звукач планеты, он из тебя такую конфетку сделает, что ты сама не узнаешь, если, конечно, ты найдешь подходы к его суровому сердцу. Сделать это очень трудно. Его любимая жена Марина всегда с ним. И, скажу тебе, очень наблюдательна...
Валерий с трудом расставил в купе многочисленные свои вещи, буркнул:
- Кончай, Михалыч, бадягу, а ты, Вика, гони фанеру, я люблю, чтобы все при мне было.:.
-Я отдала ему записи, он аккуратно разместил их в дипломате со многими ячейками.
- Вот теперь я спокоен, вот теперь ты у меня запоешь... Он что-то еще хотел сказать, но Марина его прервала и повернулась к Михалычу:
- А кто мне обещал фирменные сигареты...
- Это пожалуйста, в очень ограниченном количестве, я полностью разорен на походах в "Березку". Так дерут, что в голове не укладывается - он полез за своим безразмерным мешком с надписью "Метро".
- Не надо, Михалыч,- сказала я.- У меня много сигарет, на поездку хватит.
Я протянула Марине пачку "Мальборо".
- 0, у нас очень приличный новичок,- в голосе у Михалыча прозвучал неподдельный восторг.- По-моему, такой впервые ...
- А ты не очень, Михалыч,- махнул на него рукой Валера.-
06 этом новичке сегодня такая забойная статья! 0 тебе таких пока не написано.
Михалыч пожал пленами:
- Не может быть. 0 музыке я читаю все. У меня есть специальный человек, он делает для меня вырезки. Я собираюсь стать музыкальным критиком. Похож я на него?
- Очень, - сказала я.
- Ну просто вылитый, - подтвердила Марина.
- - В таком случае я все равно достану свой мешок. Там кое-что припасено.
Он начал вываливать на стол бутылки с ликером, баночное пиво, какие-то конфеты, печенье.
- Может, не стоит?- не очень уверенно произнес Валера.
-Распутин может нагрянуть, и тогда не сдобровать. Допинг-контроль... Ты должна привыкать к этому, Вика, у нас очень сложная жизнь.
Но Михалыч его не слушал, он уже гремел стаканами и очень волновался, что в купе, как мухи на мед, слетятся другие, поэтому мы сделаем вид, что спим, компашка такая, что разметут все в одно мгновение.
- А в какой газете тебя похвалили, Вика? - спросил между делом Михалыч.
Я сказала. Он вытаращил на меня глаза:
- Ты пропала, Вика, ты пропала, и никто тебе уже не поможет! - воскликнул Михалыч.
- А что случилось? - удивилась я, хотя и сама прекрасно понимала, в чем дело.
- Ну вот еще,- он по-детски надул губы,- разве ты не читала, какие пасквили они о нас писали?
Эта газета - злейший враг Распутина. Не говори ему, что о тебе там написали. Иначе...
- Ты сам же, Михалыч, как первейшая шестерка и передашь все Распутину,- заключил Валера.
- Нет, нет, Михалыч этого не сделает, я его попрошу лично,-пролепетала Марина, отпивая из банки пиво.
Михалыч и вовсе надулся:
- Да что вы в самом деле, человек еще возьмет да и подумает обо мне ...
- Всё это ерунда,- сказала я,- никто, Михалыч, ничего не подумает. Написали обо мне, могли написать о другой. Дело не в этом. Я рада, что нахожусь в вашей компании. Вы очень милые, симпатичные люди, давайте за вас и выпьем.
Я сделала небольшой глоток ликера.
- Послушай, а у нас всегда есть вакансии. То того нет, то этого... Особенно когда приходит клевая телка,- сказал Валера и кивнул на меня. Тут же его взгляд был перехвачен Мариной.- Да я не о том ... В зале всегда не только одни девчонки, а и пацаны. Им хочется и на хорошие ноги поглазеть, так ведь?
.- Абсолютно верно,- сказал Михал Михалыч,- я бы всегда открывал концерт хорошей девчонкой, это придает особый тонус всему дальнейшему. Вот, помню, у Аллы Борисовны ...
- У Аллы Борисовны? - удивилась я.
- Именно у нее,- подтвердил Валера,- Михалыч к нам от нее перешел. Очень на сцену хотелось.
- Да, Распутин меня переманил,- сказал Михалыч,- я долго сомневался, но все же пошел. Теперь я раскручен. Ты ведь узнала меня?
- Конечно, сразу,- сказала я.
- Ну вот видишь, а у Аллы Борисовны я директорствовал. у нее несколько директоров было... . o
Я слушала разные байки, и, мне в самом деле было хорошо среди них. Утром еще на перроне Распутин сказал Автандилу, чтобы меня поселили в люкс, все-таки одна солистка в группе. Автандил презрительно смерил меня взглядом и сказал, что он отдаст свой, директорский, а всех, кто будет приходить, он имеет в виду очень солидных людей, будет принимать в люксе Распутина. Я расположилась в номере (конечно же, одноместном, насчет люкса была шутка) с видом на реку и новый район, напоминающий микро-Нью-Йорк и весь день ждала, когда же Распутин соизволит сказать о том, как будет проходить концерт. За обедом встретила Валеру и Марину, они сказали, чтобы я себя не мучила, а отправлялась по магазинам, здесь неплохое снабжение и можно кое-что урвать, но Марина на меня глянула и понимающе кивнула, мол, девочке по магазинам ходить не надо. Когда я снова Спросила насчет концерта, Валера сказал, что все будет объявлено не ранее чем за полчаса, такая у Распутина манера, ничего тут не поделаешь. Он" и сам очень долго привыкал, когда перешел в его тусовку, но потом ничего, привык.
- А репетиция будет? - спросила я.
- Да какая там репетиция. Он все тебе скажет...
Я отправилась в номер, позвонила в Москву своей массажистке, та меня обрадовала - Жека дозвонился, он заехал к ней и получил деньги. От сердца у меня отлегло. Я не люблю, когда меня динамят, и себе в отношении других такого же не позволяла. Пускай мальчики радуются, уверена, надерутся сегодня, как свиньи, и снова начнут строить грандиознейшие планы в отношении своего бизнеса. Ну, и пускай строят, у них свое дело, у меня свое, но пока я их подкармливаю, и прилично. Выйдет клип на телевидении, настроение у них улучшится еще больше. Если. мне удастся закрепиться хотя бы временно у Распутина, дела мои можно будет считать отличными. Ёще я позвонила Мишелю, он очень обрадовался, записал мой номер телефона и сказал, что будет звонить каждый день. Я ему сообщила, что сегодня первый концерт, это очень ответственно, он себе не представляет, как. Мишель пожелал успеха и сказал, что у него не менее ответственный звонок в Брюссель, жене, он не хочет звонить, оттягивает время, но позвонит обязательно, у него просто нет иного выхода.
Вечером за час до концерта я появилась в автобусе в английском блузоне, новеньких джинсах, которые только появились в самых модных магазинах, конечно же, не у нас, и по автобусу прошел вздох восхищения. Накачанные мальчики сразу же стал делать комплименты, они подсели ко мне, облапывали меня своими маслянистыми глазами, и я поняла, что их придется! отшивать .решительно. Распутин наконец сказал мне о том, как будет проходить концерт: его открою я, ведущий представит; меня как гостью программы, гостью группы "Супер", я спел ровно пять песен, он их наконец-то послушает, и потом решит, как все будет выглядеть на следующем концерте.
Когда он отошел, ко мне подсела Марина и сказала, чтоб! я старалась вовсю: бывали такие случаи, когда после первого концерта он снимал пришлых солистов, которые, кстати, выглядели неплохо, но если уж он вздумает что-нибудь, ему никто ничего не докажет. После ее слов у меня сразу же начал мандраж. Он продолжался до самого концерта, и я ничего не могла с собой поделать, мои ноги были просто деревянными как я буду двигаться по сцене? Когда ведущий объявил, что группа "Супер" пригласила для участия в программе молодую, но уже очень известную московскую певицу Вику Ермолину на стадионе начался свист, что-то во мне оборвалось, и я вышел, на сцену буду на ходулях. Пошла песня, шум на стадионе начал таять, и я постепенно отходила. Первая песня, вторая, и вот он, шлягер Влада, самый свежий, я сказала в микрофон, что звучит песня впервые, написана специально к приезду в этот город. Ноги мои задвигались, я носилась мимо трибун, пер бегала через поле, снова возвращалась. Аплодисменты был тягучие, переходящие в стон. Значит, все в порядке. Четвертая песня была чуть помедленнее, можно сказать, лирическая а последняя была чистейшим роком. На стадионе были, конечно, любители попсы, но ничего - и они завелись, стали подпрыгивать на своих местах, а когда я обронила: "Танцуйте вместе со мной", стали выбегать на беговую дорожку.
Я закончила и в полуобморочном состоянии убежала в гримерную. Мы сидели с Мариной, я жадно втягивала в себя табачный дым и спрашивала Марину: "Что он сказал?" - "Ничего, слушал и молчал, я следила за ним",- отвечала Марина. Через, некоторое время я снова спрашивала: "Он ничего не сказал? -"Ничего",- отвечала Марина и смотрела на меня как на помешанную.
На его третьей песне я вышла к проходу. Что творилось на стадионе! Никто не сидел на своих местах, стадион орал, пел, свистел, толпа напоминала море. Все это могло вот-вот хлынуть на поле, смести милицию, а потом и сцену, после каждой песни он сам сдерживал толпу, просил не покидать свои места, но потом все начиналось сначала. После каждой песни толпа скандировала: "Распутин! Распутин! Распутин!". Он начинал петь, и из десятков тысяч глоток вырывался рев восхищения. Такого в своей жизни я еще не видела. Что движет ими, какие чувства он вызывает, как ему это удается? Я не находила ответы на эти вопросы, меня саму тащило броситься в толпу и неистовствовать вместе с ней. На сцене были уже тысячи букетов, мускулистые охранники не успевали уносить груды цветов с поля, фанатки рвались к сцене, и их невозможно было удержать. Я опять ушла к себе, курила. Мне казалось, что меня приняли хорошо, что все удалось, но что все это в сравнении с тем, что сейчас творится на стадионе?!
Я все сидела и ждала, что он зайдет в перерыве между выступлением (на сцену запустили каких-то двух малорослых, худосочных парней), но он не зашел, и только после концерта, когда эскорт милиционеров и охранников препроводил его в автобус через плотную, орущую толпу, сказал:
- Неплохо. Но я буду начинать. Они ждут нас. Ты пойдешь после меня. Потом снова я. Три выхода. Я прямо обмякла в кресле.
- А этот листок написал о тебе правдиво... Почти... -сказал он, и глаза его сверкнули.


(c) Design Shatu Design и Житель ЛМ  






[вверх] © Разработка сайта Shatu Design.
© При использовании информации ссылка на сайт shatu.ru обязательна.
© Все исходные материалы принадлежат их законным правообладателям.